«Хотя в этой книге говорится про смех, смеяться читателю придется не так уж часто. Но, пробираясь ее путями сквозь темноту, он будет, сколько бы ни кружил, все ближе и ближе подходить к свету».
Джеймс Крюс. Тим Талер, или Проданный смех

Маримба (КНР, Шанхай)

27 мая 2013 | 02:41


Когда я обнаружил, что в баночке, приобретённой в магазине почти за 20 юаней, вместо желанной кондитерской массы спекулос оказалось арахисовое масло, я был раздосадован чуть ли не до слёз. А сейчас сижу с этой банкой под боком и поглощаю её содержимое в промышленных масштабах. Что поделаешь — голод не тётка, а до ближайшего круглосуточного магазина нужно пилить минут двадцать по залитой дождём улице.

Да и не так уж плохо это арахисовое масло, если по совести сказать. Может, это и не масло вовсе, а что-то другое — этикетка на банке ничего, кроме иероглифов и маловразумительных картинок, не содержит. Никто из наших не смог подсказать, чем именно является наполняющая купленную мной ёмкость масса. Информация для поисковых служб: масса имеет горчичный цвет, она солоновато-пряная на вкус, густо сдобрена довольно крупными кусочками колотого арахиса.

И совсем скоро она полностью перекочует из банки в мой истосковавшийся по ночному чревоугодию желудок. Художник, конечно, должен быть голодным — но я не художник, а музыкант. Который, к тому же, львиную долю прошедшего дня посвятил своим служебным обязанностям.

Вчерашним утром голод пригнал к порогу нашего «мумми-дома» собаку по имени Зайчик. Милый и очень пугливый пёс предположительно появился на территории нашего компаунда после того, как здесь отработала очередная бригада строителей. Строители, закончив возводить жилой дом, ушли восвояси, а их боевой четверолапый товарищ остался «куковать» в обществе незнакомых и, судя по его пугливости, достаточно враждебно к нему настроенных китайцев.

К счастью, помимо китайских «братьев», на территории компаунда обнаружились мы, славяне. Ну какая славянская душа устоит перед бездонными, полными вселенской печали собачьими глазами?

Конечно, мы подкармливаем Зайца чифанським рисом, местной колбасой (судя по отзывам тех, кто её употребляет — сладковатой и достаточно гадопротивной) и всем, что он согласен слопать. Пёс не из привередливых: он благодарно поглощает преподнесённое ему угощение до последней крошки, иногда давая себя погладить в знак признательности. После чего спешно удаляется в поисках свежих собачьих приключений.

Меня Зайчик побаивается. Я всего один раз делился с ним рисом, поэтому он ещё до конца не уверен в том, можно ли мне доверять. Правда, однажды, когда я вышел ночью на крыльцо с гитарой, чтобы поупражняться в пении перед сном (вряд ли такая практика повторится: поутру соседи по дому вежливо, но убедительно дали мне понять, что мои песни никак не тянут на колыбельные...), минут через десять я заметил возле себя Зайца. Он лежал чуть поотдаль, глядя на меня и будто бы вслушиваясь в тексты, разбавленные гитарными переборами. Заметив, что я обратил на него внимание, Зайчик встрепенулся, вскочил и убежал прочь.

Интересно, с какой скоростью он уносил бы от нас ноги, если бы вдруг оказался возле клуба “Bee Dees”, на сцене которого мы с Ромычем бесчинствовали в четверг, выпав на волну безудержного джем-сейшна?

Кажется, уже несколько недель подряд и я, и Кондратьев переживаем тяжелейший синдром людей, внезапно исцелившихся от «звёздной болезни». Почти весь 2012 год прошёл для нас под знаком студийной работы. Естественно, мы мало общались с коллегами по цеху, практически не делая этого в концертном режиме — и, вернувшись к живой жизни, обнаружили, что вокруг нас находится целая уйма музыкантов, обладающих таким опытом и мастерством, которые вызывают белую зависть и здоровую спортивную злость.

Я не буду сейчас разглагольствовать о наших намерениях работать над собой, повышать собственный уровень и т.д., и т.п. Лучше доказать всё это делом. Но джем-сейшны мы решили посещать именно для того, чтобы не терять контакт с коллегами, расширять свой кругозор и получать опыт спонтанного музицирования.

“Bee Dees” — место встречи всех любителей живой музыки в Шанхае. В 2011 году в рамках вечера русскоязычных песен мы отыграли там небольшой сэт с авторским материалом. Теперь же, не претендуя на место «гвоздей программы», мы прибыли туда, чтобы при случае подыграть кому-то пару-тройку нот и подсмотреть-подслушать что-то полезное для дальнейшей музыкальной практики.

Вписаться в атмосферу клуба (и, в общем-то, добраться до него, т.к. дорогу мы за полтора года успели забыть напрочь) нам помог аргентинский барабанщик Пабло, с которым мы познакомились в Куньмине. Пабло встретил нас у метро (из которого, кстати, мы еле выбрались — 11 выходов, два из которых оказались закрыты! Такие вот прелести огромного и сверхъразвитого шанхайского метрополитена...) и во время прогулки до “Bee Dees” поделился с нами печалями и радостями жизни барабанщика-фрилансера в КНР.

С сожалениям для себя — у меня, признаться, были определённые виды на Пабло по части сотрудничества — я узнал, что наш провожатый в пятницу покидает Шанхай на шесть месяцев. Причина банальна: группа, с которой работает Пабло, отправилась в десятидневный тур без барабанщика, оставив последнего без заработка и средств к существованию. Пабло был крайне огорчён как фактом «нетоварищеского» отношения коллег к нему, так и банальным отсутствием денег. По его словам, работая в Шанхае, он еле сводил концы с концами. Заработка хватало лишь на еду и оплату аренды жилья.

Неожиданно Пабло получил предложение играть на барабанах в одном из клубов города Лишуй. Немножко подумав, он решил, что расстанется с группой и примет эту, довольно-таки выгодную, по его же словам, работу. «Конечно, музыканты были злы на меня, узнав о том, что я покидаю их на полгода. Но в подобных ситуациях, я считаю, мы имеем право на эгоизм», — подытожил Пабло свой рассказ.

Как бы то ни было, по окончании джема в “Bee Dees” я всё-таки успел записать несколько барабанных петель с участием Пабло при помощи новоприобретённого диктофона. Звук получился таким, как я хотел — агрессивным, неправильным, полным интершумов, смешков аудитории и т.п. В общем, сэмплы так и просятся в какую-нибудь из свежих работ группы «Тим Талер» или студии «Арина Родионовна Продакшн».

Сам джем получился эмоциональным, хотя слушать большую часть выплеснутых на нём эмоций в записи довольно-таки сложно. На клубном собрании в этот четверг нами не было замечено ни одного из шанхайских музыкантов, которых мы с Ромычем причисляем к «мэтрам». С одной стороны, это развязало нам руки, убрало момент «трепета перед авторитетами», с другой — дало повод забыть о качестве игры и взаимодействия с партнёрами по спонтанному музицированию в угоду самовлюблённому (и со стороны — не особо зрелищному) гитарно-басовому «выпендрёжу».

Отслушивая то, что было записано с помощью портативного диктофона, я замечаю, что настоящая «музыкальная магия» получалась у нас тогда и только тогда, когда мы, не пытаясь выпендриться и продемонстрировать мнимую виртуозность, сливались с общим фоном коллег по цеху, вникали в задаваемый ими ритм, стилистический колорит и т.д.

Наиболее ярко чудеса взаимодействия нам, как ни странно, удалось проявить во время совместной игры с африканским певцом, аккомпанировавшим себе... на маримбе. Видимо, здесь сказались мои «африканские корни»: всё-таки два года, проведенные моими родителями на территории республики Мали ещё до моего появления на свет, не прошли даром для их ДНК и отчасти осели в моей крови.

Африканская маримба — эдакая здоровенная дура, похожая на деревянный ксилофон. Снизу к этому ксилофону присобачены тыквы различного диаметра, которые, наверное, выполняют роль резонаторов. Певец выколачивал из маримбы незатейливые, но «не по-русски» ритмически организованные музыкальные фразы, периодически прерывая игру на инструменте для того, чтобы, не теряя общей ритмической пульсации, пропеть несколько фраз на каком-то из африканских наречий.

В какой-то момент я, Ромыч и Пабло решили, что мы не можем сидеть на месте и просто слушать, такую прекрасную музыку. Мы просто обязаны были участвовать в её рождении на свет, пощупать руками эту африканскую экзотику!

Не прерывая темнокожего музыканта, мы вышли на сцену (как таковая, сцена в клубе отсутствует, но характерный «закуток» с аппаратурой и музыкальными инструментами, разумеется, есть в наличии; между прочим, барабаны отделены от прочей «рабочей зоны» щитом из прозрачного пластика, что заметно снижает уровень их грохота), взяли в руки инструменты и принялись поддерживать сотоварища из братской Африки.

Чуть-чуть потупив и поелозав по грифу в поисках нужных созвучий, я довольно быстро понял, что «играть в виртуоза» в данном случае совершенно бессмысленно. Моя любовь к афробиту и, чего греха таить, врождённая склонность к лаконичным музыкальным текстурам подсказали мне, что самое правильное решение — поймать ритм, заданный арфиканцем, и «от забора до обеда» «пилить» его на трёх-четырёх нотках. Что с успехом и было сделано.

По завершении сэта удаляясь со сцены, темнокожий музыкант с особой страстью пожал мне руку. Хочется верить, что это был не просто акт вежливости. Ну, а даже если и так — всё равно приятно.

Потом, правда, была «ловля гитарных звёзд» под аккомпанемент неплохого барабанщика из Японии. Но это уже совсем другая, не столь гармоничная, история. Зато сколько было кайфа в момент «отрыва» возле ревущего комбика — о-ла-ла!

ЛПН feat. Антон Бессонов. Я знаю всё о тебе (Suspense Version)
Познакомиться
список категории
  • Я вернулся (разминочная заметка) (г. Горловка Донецкой обл.) Легко вести публичный дневник, когда тебе двадцать пять. Сейчас сложнее. Сейчас тридцать два. Возраст обязывает к тому, чтобы действовать более обдуманно и экономнее расходовать свою глупость, какой бы притягательной она ни выглядела со стороны.
  • Сны (г. Горловка Донецкой обл.) За последние пару-тройку недель приснилось два сна, очень глубоко вскрывающих всё то, что внутри меня копошится и покоя не даёт. Самый свежий из них я посмотрел несколько часов назад, когда пришёл домой, прилёг на пять минут и, естественно, вырубился. Во сне я беседовал с родной сестрой. Жаловался на жизнь, которая якобы зашла в тупик.
  • Мысли (пос. Байрак, г. Горловка Донецкой обл.) В искусстве и частной жизни куда чаще работает принцип: «Лучше никак вместо как-нибудь», чем: «Лучше синица в руках, чем журавль в небе». Десять раз подумайте прежде, чем оказать человеку помощь из серии: «Тебе и так сойдёт: было-то вообще никак!» ОТКУДА ВЫ, Б..., ЗНАЕТЕ, КАК ОНО У НЕГО БЫЛО В ГОЛОВЕ, МЕЧТАХ И ОЖИДАНИЯХ?!
  • Любить на расстоянии (г. Горловка Донецкой обл.) Но иногда (кстати, не так уж редко) я радовался, когда обнаруживал в возлюбленной черты живого человека. Наверное, появление или не-появление такой радости и есть один из способов отличить мимолётную ветреную влюблённость от Любви.
  • Замок и ключ (пос. Байрак, г. Горловка Донецкой обл.) Только что вставил ключ в плохо известный мне замок. Ключ вроде бы прямой и исправный. В замочную скважину вошёл, как по маслу. Замок внешне тоже вполне себе прост. Кручу-верчу этот ключ в скважине — а он ни шиша не крутится и не вертится.
  • Зависть (г. Горловка Донецкой обл.) Летом прочёл «Зависть» Юрия Олеши и понял, что ни шиша там не понял.
  • Три-пять (пос. Байрак, г. Горловка Донецкой обл.) Всегда с пониманием относился к мальчику из анекдота, который на вопрос о том, сколько будет дважды два, отвечал с улыбкой: «Ну, где-то три-пять... Всегда ведь можно договориться, в конце концов!»
  • Одни и те же грабли (пос. Байрак, г. Горловка Донецкой обл.) После монолога о граблях — анекдот из жизни на закуску. Некий товарищ признался мне во время беседы по скайпу в том, что переживает период творческого кризиса (зная его, думаю, что это очень и очень ненадолго — впрочем, сейчас не об этом). Реплику о кризисе он завершил неожиданной просьбой.
  • О любителях и профи (пос. Байрак, г. Горловка Донецкой обл.) Сегодня со шваброй в руках выловил из Космоса несколько мыслей о любителях и профи.
  • Мысли о жадности (пос. Байрак, г. Горловка Донецкой обл.) Если кто-то из вас получил от меня что-либо в продолжительное безвозмездное пользование либо и вовсе в подарок, не спешите причислять меня к числу щедрых людей. Я просто спасаю свои натруженные плечи от очередной ноши, от очередного нависшего над ними Дамоклова меча.
  • Рецепт успеха: себя и вовремя (Украина/ДНР, Горловка Донецкой области) Слушая рассказчика, я вдруг понял: себя и вовремя — это шикарный успех рецепта. Можно сказать, специально для меня сочинённый.
  • Автотренинг, история о кошке (Украина/ДНР, Горловка Донецкой области) Пиши! Не откладывай! Представь себе хирурга-прокрастинатора, пожарного-прокрастинатора, сантехника-прокрастинатора... Нравится? То-то!
  • Живущие в сети (Украина/ДНР, Горловка Донецкой области) Когда засидишься в интернете, — особенно в социальных сетях — начинает казаться, будто ты не живой человек, а нечто нематериальное, существующее только в виде контента, тобой в онлайнах продуцируемого.
  • О творческом коллективе и творческой шизофрении (Украина/ДНР, Горловка Донецкой области) Как-то по дороге в Байрак слушал в плеере Алексея Рыбникова. И в очередной раз ясно понял, что талантливое произведение часто и густо пишется не по зову сердца, а по поводу, пришедшему извне. Музыка к кинофильмам, которые озвучивал Рыбников, в большинстве случаев великолепна. И в большинстве случаев написана по заказу. Думаю, ещё и через сто миллионов правок пропущенная.
  • «Кобылы» из чужой юности (Украина/ДНР, Горловка Донецкой области) «...Конечно, мы, перепуганные пятнадцатилетние хлыщи, зассали продолжить общение с девчонками вне рамок мероприятия. И, сбившись в кучку, отдалились от них, обсуждая что-то своё, "пацанячье". Какие-то видеоигры, книги, фильмы, прочую чушь... Девчонки, в свою очередь, тоже собрались в одну девичью компанию и, хихикая, пошли в противоположном от нас направлении».
  • «...У серьёзного лица» (Украина/ДНР, Горловка Донецкой области) Как писал великий поэт степей Донбасса Олег Рамилиевич Миннуллин, «нет ни капельки значенья у серьёзного лица».
  • Ночной поезд до Лиссабона (Украина/ДНР, Горловка Донецкой области) Больше года тому назад посмотрел «Ночной поезд до Лиссабона». До сих пор под впечатлением.
  • Накипевшее (Украина/ДНР, Горловка Донецкой области) Глядя на сайт проекта «Тим Талер», на все эти титры и обложки, я всё чаще вспоминаю то, что сказал Мамонову Василий Шумов в процессе записи вокала для пластинки «Простые вещи». Мамонов кривлялся по привычке, а Шумов резонно заметил: «Петя, а перед кем ты тут, в студии, выпендриваешься?»
  • Селфи до нашей эры (Украина/ДНР, Горловка Донецкой области) Я переболел болезнью селфи ещё до того, как это стало мейнстримом. И ещё до того, как этот сор получил техническую возможность легко и непринуждённо выноситься в интернет из наших телефонных изб. Слава Богу!
  • Культурное прошлое (Украина/ДНР, Горловка Донецкой области) Вспоминая детство, я с удивлением думаю о том, что лет пятнадцать-шестнадцать назад в Горловке проходили всеукраинские (!!!) чемпионаты Украины по «Что? Где? Когда?» среди школьников. Детская газета «Скрепка», в которой я был корреспондентом, спонсировала их информационно. Едва придя в журналистику, я сразу же узнал, что такое «трое суток не спать ради нескольких строчек в газете». Никаких метафор: в течение трёх дней мы с коллегами готовили три выпуска фестивальной газеты — с картинками, вёрсткой и прочими наворотами. Было не до сна... Опечатки, перепутанные фамилии, скандалы локального значения — хм, а ведь у меня на самом старте была хорошая школа журналиста!
новости публикации

© 2011—2019 Арина Родионовна Продакшн.
Тим Талер. Все права защищены.
Создание сайтаIntraweb лого. Создание сайта в Донецке и Киеве. Имиджевые сайты.